Читаем без скачивания Время зла - Дмитрий Луговой

В ту же секунду из дверей трактира вывалился разбойник в окровавленной одежде, с кончика меча которого на деревянные ступени падали алые капли.

– Не упустите их! – закричал он. – Онулла разрешил трахнуть их первым тому, кто их поймает!

– Правда? – заинтересованно произнес первый всадник, и сердце принцессы рухнуло в пятки.

Неужели эти стражники заодно с разбойниками? Тогда это значит, что она привела себя и Усею на погибель. Надо было слушаться рабыню, пытавшуюся оседлать их лошадей!

Этот поток мыслей пролетел в голове Аэльгрис за то короткое мгновение, что понадобилось всадникам, чтобы развернуть своих лошадей лицом к девушкам.

– Кажется, нам повезло парни! – осклабился усач, окидывая принцессу полным похоти взглядом.

Он выдернул одну ногу из стремени и вдруг завалился на бок, сваливаясь с лошади на землю.

– В чем дело? – оглянулся на него второй всадник.

Принцесса, как и остальные стражники, замерла в изумлении, а вот Усея выхватила откуда-то короткий кинжал и, резко развернувшись, воткнула его в незащищенное доспехом место на шее одного из воинов.

Затем она все так же стремительно толкнула второго пешего стражника на третьего, схватила Аэльгрис за руку и побежала с ней мимо всадника к конюшне, от которой доносилось тревожное ржание их лошадей.

– Далеко собрались, шлюхи? – раздалось им вслед.

Одним прыжком конь стражника нагнал беглянок и попытался отрезать им путь к конюшне.

«Это конец!» – успела подумать Аэльгрис, в ужасе зажмуривая глаза.

Усея толкнула принцессу в бок, опрокидывая на землю, и Аэльгрис рухнула лицом в коричневую жижу под аккомпанемент конского ржания и пробирающего до костей крика боли. Грязь попала девушке в глаза и рот, и она закашлялась, а потом с трудом открыла один глаз.

Они с Усей лежали на земле, рабыня обнимала принцессу со спины, невесть откуда взявшийся ослепительно белый на фоне серого неба жеребец и лишившаяся наездника лошадь стражника нервно перебирали копытами, а сам всадник лежал в считанных сантиметрах от ног Аэльгрис, и его голова отчего-то напоминала апельсин, свалившейся с телеги торговца и попавший под ее скрипящее колесо.

– Седлайте лошадей! Нужно убираться отсюда поскорее! – грозный окрик поднял Усею с ног, и она потащила за собой госпожу.

Оглянувшись назад, Аэльгрис увидела Сребреволосого, вставшего на пути между двумя оставшимися стражниками и принцессой с рабыней. Лезвия его мечей, которые он держал острием вниз, стали красными от стекавшей по ним крови, и этот вид вызвал у принцессы приступ тошноты.

– Скорее же, госпожа! – Усея тянула Аэльгрис за собой, но живот принцессы уже скрутило, и она вынуждена была остановиться, чтобы извергнуть содержимое желудка на землю.

По странному стечению обстоятельств рвотные звуки, что она издала, послужили стражникам сигналом к атаке.

Они действовали четко и слаженно, заходя одновременно с двух сторон, и принцесса уже приготовилась увидеть, как их защитник падает сраженный двумя мечами.

– Скорее же, госпожа! – вновь повторила Усея, но Аэльгрис как завороженная наблюдала за происходящим.

Тогда рабыня рванула к конюшням в одиночестве, и в ту же секунду Сребреволосый, до этого остававшийся неподвижным, пришел в движение.

Его фигура на два стука Аэльгрисова сердца превратилось в одно сплошное смазанное пятно серого цвета с двумя алыми крыльями по бокам, а затем вновь замерла, уже за спинами ошеломленных стражников.

«Скорее, атакуйте их, пока они вас не видят!» – хотела крикнуть Аэльгрис, но в этот момент оба стражника закачались, а затем по две половинки каждого тела с громким хлюпаньем рухнули в грязь.

Сребреволосый оглянулся через левое плечо, моргнул, заметив полный ужаса взгляд серых глаз принцессы, а затем со скоростью камня, выпущенного из пращи, метнулся обратно в трактир.

Позади принцессы раздалось негромкое ржание, и кто-то ткнул ее в лопатку. Обернувшись, Аэльгрис увидела свою кобылу Иномо, сосредоточенно обнюхивавшую ее одежду.

– Скорее садитесь на лошадь, госпожа! – призвала принцессу Усея.

С помощью рабыни Аэльгрис взобралась в седло. Затем Усея одним махом запрыгнула на свою лошадь, взяла под уздцы коней Гасттольфа и Эрива и направила их в сторону трактира.

Когда принцесса и рабыни подъехали к деревянным ступеням, в здании по-прежнему раздавались звон мечей и стоны раненых, но первых с каждым мгновением становилось все меньше, а вторые – все тише.

– Он выведет их отсюда, я это чувствую! – попыталась успокоить Аэльгрис Усея.

И впрямь через пару секунд дверь распахнулась, и на крыльцо вывалились сначала Гасттольф с Эривом, а затем и Сребреволосый.

– По коням! – скомандовал последний и оглушительно свистнул.

Белый жеребец в два прыжка оказался рядом с ним, и Сребреволосый был в седле еще раньше, чем последние воины Тиддии.

– Вперед! – произнес Сребреволосый и хлопнул Иномо по крупу.

Лошадь Аэльгрис рванула вперед, к воротам, и следом за ней поскакали остальные.

Глава 2

Лошади гнали галопом около часа, подбадриваемые периодически хлесткими шлепками Сребреволосого. Аэльгрис и ее спутники так были рады убраться подальше от Карнорда, что даже не думали возмущаться столь вольным обращением с их животными.

Когда они остановились, день уже окончательно сменился сумерками. Сребреволосый отогнал своего жеребца чуть подальше, спешился и принялся рыться в седельной сумке.

Аэльгрис шагнула было к нему, но ее остановил встревоженный бас Гасттольфа.

– Вы в порядке? – с небольшой запинкой спросил он.

Принцесса поняла, что старый телохранитель проглотил обращение «Ваше Величество», чтобы не привлекать к ним внимание их странного попутчика, и вопрос прозвучал как бы обращенным к обеим девушкам.

– Да, спасибо! – оглянувшись, ответила и за себя, и за Усею Аэльгрис. – А вы? – внимательнее взглянула она на воинов.

Вид у Гасттольфа был потрепанный: рубаха в нескольких местах подрана, и из-под нее выглядывала старая кольчуга, которую тоже не мешало бы подлатать, а штаны запачканы смесью грязи, крови и, кажется, чьих-то мозгов.

Но в целом старый воин был в порядке. Во всяком случае, пристальный взгляд принцессы не увидел на его теле никаких ран.

А вот юный товарищ Гасттольфа оказался не столь удачлив. Повернувшись к Эриву, Аэльгрис вначале заметила странную бледность его лица и лишь затем Усею, прикладывавшую кусок ткани к подмышке юноши.

– Ничего серьезного! – успокоила рабыня и принцессу, и Гасттольфа. – Просто очень глубокая царапина, из-за которой он потерял много крови. Но ее необходимо обработать и зашить!

– Значит, необходим привал! – заключил Гасттольф и огляделся.

В паре десятков метров впереди дорога совершала крутой поворот, и за ним начинался густой лес, сменявший поля, через которые они проезжали до этого. Густо сплетенные между собой ветви деревьев погружали его в темноту, сквозь которую, похоже, не проникали ни свет луны, ни сияние звезд, и от этого лес казался еще более жутковатым.

– Остановимся здесь! – махнул Гасттольф рукой себе за спину. – Удалимся от дороги на пару сотен метров и скроемся в высокой траве!

– Не лучшая идея! – негромкий голос Сребреволосого заставил всех обернуться в его сторону. – Лес безопаснее! – произнес он, пряча что-то в сумку и поворачиваясь лицом к Гасттольфу.

– В лесу могут водиться разбойники, и заметить их среди еще не опавшей листвы и толстых деревьев будет весьма затруднительно! – возразил Сребреволосому Гасттольф. – Укрывшись же в траве, мы окажемся незаметны для остальных, но сможем их видеть!

– Именно наличие разбойников в этом лесу и делает его для вас безопасным! – ответил на это Сребреволосый. – Все они выходцы из крестьян и почти поголовно безграмотны, так что они вряд ли догадаются, кто перед ними. К тому же с ними всегда можно договориться. А вот с людьми герцога Инагера разговор у вас будет коротким, ведь среди них полно тех, кто может опознать кулон на вашей шее, Ваше Величество! – и он впился в Аэльгрис внимательным взглядом немигающих глаз.

Принцесса невольно потянулась к висевшему у нее на шее украшению, единственному, что осталось у нее в память об отце, и почувствовала, как холодеет кровь в ее жилах. Золотой кулон с небольшим синим бриллиантом в центре был подарен ей в день ее десятилетия как знак наследницы престола Тиддии, и Аэльгрис всегда носила его под одеждой, не показывая никому, кроме Усеи.

– Что за чушь вы несете? – воскликнул Гасттольф. – Вы думаете, что кто-то из наших спутниц королева? И какого же королевства?

Голос старого воина звучал насмешливо, но рука давно уже легла на рукоять меча, готовая в любой момент вытащить его из ножен.